Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Блокада Ленинграда. указатель литературы 2000-2012 гг. Размышления вокруг и около

Работая над нашей "Блокадой" (биб. указатель за 2000-2012), нашел для себя фактик: Ленинградская, Псковская и Новгородская области были последними территориями РСФСР, которые были "зачищены" от фашистов. Более того, они же были первыми территориями РСФСР, где была установлена пронацистская администрация, так как были оккупированы в 1941 году. В течение более чем 2 лет здесь не было советской власти и население имело шанс гораздо больше контактировать с немцами, чем население других областей РСФСР. То же самое можно сказать про Карелию с Финляндией. Как вели себя немцы - в точности не очень понятно. У нас было несколько крупных концлагерей, но без жесткача, были партизаны, но не в таком количестве, как в Беларуси или на Брянщине, были карательные акции, типа массовых сожжений жителей или расстрелов евреев, но на фоне прочих деяний фашистов это капля в море.
Был у нас даже резервный губернатор-коллаборационист, и планы уничтожения Балтфлота. Немецкие шпионы, вербовавшиеся в основном из маргиналов (воры, убийцы, проститутки), ходили через линию фронта в Ленинград и передавали последние письма замученных немцами советских диверсантов. Впрочем, не всегда успешно. Советские военнопленные, оказавшись в лагере, иногда обзаводились женой и из военных действий сливались наглухо, да так, что и после войны обычными средствами их было не отыскать. Иногда складывается такое впечатление, что "народ устал" и хотел, чтобы его "оставили в покое". Идеальный джентльменский набор: никаких партизан или диверсантов в окрестностях села/деревни, минимум вмешательства со стороны немцев (разве что сбор натурального налога), советская школьная программа, церковные службы, периодически поддержка родственников-партизан (желательно, из другого района).
Вызывают вопросы и военные действия. С момента перехода немцев к обороне (декабрь 1941) такое впечатление, что руководство Ленинградским фронтом полностью поддержало генеральный план о блокаде Гитлера - бросая дивизию за дивизией на несчастный Невский пятачок, под Красный Бор, на Синявино - где солдат с 80% вероятностью убивали в первый же день наступления. Да, таким образом, сокращалось количество "едоков" сухпайка, но не этой же целью оправдывать тактически провальные операции! 23-я армия, стоявшая на КаУРе вообще вела "индейскую" войну, равно как и бойцы Ораниенбаумского плацдарма в провальном для Ленфронта 1942 году. Так, по крайней мере, видится сейчас мне, комнатному историку.

По поводу учета смертности. В Блокадной книге, источниками которой были кладбищенские книги 1941-42 гг., и, подозреваю, эвакуационные листки выбытия (а прочие мне неведомы) учтены прописанные жители Ленинграда, погибшие от голода, чей возраст не превышал, по мнению составителей, возраст смерхсмертности (извините, что так коряво выразился). В Книге памяти (алфавитной) военнослужащих по Ленинградской области, коей 23 том отсутствует по некоторым сведениям даже в РНБ (а всего их 53 тома) учтены павшие бойцы РККА (в т.ч. и партизаны). Однако источниками формирования этой книги стали (скорее всего) не оригинальные военкоматские книги призыва (возможно, что и в связи с их физической утратой) а списки потерь ЦАМО и военкоматские списки того же ЦАМО, составленные постфактум, после обращения родственников в военкомат (как правило, в 1946-1950-х гг.), ну, и возможно, воспоминания. До 53-томной книги по Ленобласти (самой первой) была издана 18-томная (порайонная) Книга Памяти Ленинграда и ближайших пригородов, где как раз должны были быть задействованы военкоматские книги призыва, но иногда складывается такое мнение, что их тоже составляли по ЦАМО-шным спискам и воспоминаниям. Порайонные Книги Памяти Ленобласти, где должны учитываться мирные жители и приравненные к партизанам лица, павшие на оккупированной территории, составлены плохо и непрезентативно. Вроде бы сейчас в 2010-е гг. их издают с опорой на акты Комиссии о зверствах, которые до сих пор местами продолжают оставаться в спецхране ЦГА СПб. Едва ли стоит сомневаться, что в 90-е гг. порайонные книги оперировали сколь-нибудь значащим материалом. Вообще изданы (именно как Книги Памяти): г.Светогорск, г. Кингисепп, г. Колпино, Лужский район, Гатчинский район, Киришский район, Кировский район - в 1990-е годы и г. Вырица - в 2010-е. Боюсь правда, что в этих Книгах Памяти, опять павшие бойцы, а не жители. В этом смысле нам надо поучиться у белорусов, которые свою "Памяць" издали как следует - по всем областям и районам с опорой на акты о зверствах и воспоминания ветеранов.
Итого у нас местной неучтенки массовой: 1) акты о зверствах; 2) домовые книги; 3) книги призыва. Местной немассовой: 1) документы коллаборационистских органов власти и правопорядка (в спецхране). Из общей неучтенки (ну, кроме списков медсанбатов, распределенных между ЦАМО и Архивом Военно-медицинских документов) в душе иного исследователя лелеется несбыточная мечта о немецких архивах.
Вообще считается, что в Ленинграде погибло от 600 до 1500 тысяч, а на полях сражений в Ленобласти - не менее 460 тысяч. Сколько погибло гражданского населения неясно, на сайте Холокоста говорится об 11500 евреях, расстрелянных на территории всего Северо-Запада. Конечно, эта статистика недостаточна и местами - возмутительна.

Указатель же должен выйти к годовщине Блокады. Обещает быть неплохим.

Плотников В.А.

в книге под названием "Этноконфессиональная карта Ленинградской области и сопредельных территорий", (СПб.: Европейский дом, 2008), доставшейся мне от щедрот брата Церерия, обнаружил картину старообрядческого кладбища града Кеми (из фондов АРЭМ) кисти Владимира Александровича Плотникова (1866-1917).

судя по технике, все прекрасные картины Кольского под инициалами В.П. принадлежат именно ему. Исправляю:
http://qwercus.narod.ru/illustrata.htm

Collapse )

Путеводитель-2008

Год назад я озаботился написанием поста с позравлением всех своих френдов с новым годом. Писал я этот текст скорее не для себя, а для тех кому может быть стало бы интересным посмотреть чужие журналы и найти для себя что-то новенькое. Идея, конечно, не нова, гораздо более продвинутые списки топовых и нетоповых ЖЖ-юзеров гуляет по просторам интернета с подачи авторитетных владельцев ЖЖ-эккаунтов. Тогдашний мой пост я несколько дерзко обозвал "путеводителем" - мол, вот френды, которых я поздравляю, но все же я разобью их на некие группы, элиминируя их разнообразные человеческие качества - а вы выбирайте кого читать. Теперь же меня вовсе слово "путеводитель" не смущает, правда, употребляю я его в несколько ином смысле: в смысле путе-водности. Collapse )

Морозовское время

Начну с конца, а, может быть, и сначала. В 1994 году в издательстве Zero вышла повесть Юрия Морозова «Подземный блюз», а совсем недавно, примерно год назад – книга его жены, Нины Морозовой с автобиографической работой Юрия «Обезьяна», стихами и пьесой, а также собственными воспоминаниями «Наши дни» о 1970-х – 1980-х годах.

Прочитавши «Подземный блюз» (кажется, это случилось впервые в 1997 году), я подумал – какая прекрасная правда, почти на грани вымысла, но все ж – правда! В «Подземном блюзе», который по выходе в Fuzz’e характеризовали чуть ли не как подлинное описание жизни великого гуру, Морозов писал обо все том, о чем пишут все автобиографические романы – о творчестве, исканиях, любви и прочих вечных вещах. Парень из крымского города Белогорска, кочевавший между Орджоникидзе/Владикавказом, Питером и Крымом с рок-концертами; один из первых рокеров, кто стал петь о любви к Иисусу Христу (тогда это не выглядело ни потреотизмом, ни навязчивой манией), искавший Шамбалу в группе Тоши/Владимира Шуктомова и не нашедший ее ни среди духарей, ни среди богемы; депрессирующий эстет, несколько раз игравший в самоубийство; страстный проповедник (и практик) секс-революции – в общем, судя по книге, много чего было, и не только вышеперечисленное.

Читать дальше?

Булгаковка

Так в просторечии называли мемориал-квартиру Булгакова, порождающую многочисленные аллюзии на небезызвестного "Мастера" - тут тебе и Патриарши пруды с аннушкиным маслом (известное тусовочное место - нынче тут файр-больщики в основном, да черно-кожаные какие-то люди), неподалеку (да какой-то километр) дом критика Латунского, который громила Маргарита, да и сама "нехорошая квартира" №50, известная не только своими длинными темными (страшными) коридорами (куда запросто можно впихнуть десяток-другой пространств), но также известнейшим сквотом, который Аристакисян превратил в свой киношедевр. Одним словом, когда я как-то раз в первый раз искал сие место, испытал массу замысловатых эмоций, связанных с нахождением дома №10 по Бол. Садовой. Собственно говоря, я сперва не нашел такой улицы в Москве, потом сообразив (хвала эвристике!), что Садовое кольцо названо не просто потому, что там растут деревья (о, они там растут?), стал рыться в названиях отдельных частей сей транспортной артерии и под конец обнаружил небольшой отрезочек под названием Большая Садовая. Это был 1999 год, чтоль.
На месте наличествовала подворотня напоминавшая ротондовскую, разрисованный граффитти дворик, и время около 9 вечера. Нехорошая квартира была просто открыта - так как будто там был погром, висели обрывки афиш булгаковских фильмов и чего-то еще. Было абсолютно темно, но через некоторое время откуда-то из недр квартиры появился человек, а вместе с ним и свет. Он меня спросил, люблю ли я Булгакова, я ответил что не знаю еще, но произведения нравятся. Затем я попросил его погулять по квартире - он махнув рукой разрешил и я чуток побродил. Затем явился другой мужичок, вместе с которым мы вышли на улицу и о чем-то долго беседовали. За словом он в карман не лез и говорили мы порядочно.
Через год когда я приехал на Булгаковку, я снова встретил этого человека, и через год - тоже. Он у меня стал ассоциироваться с неким духом-хранителем этого места, а про себя я прозвал его "человек в красной куртке". В мой предпоследний приезд (год 2001 кажется) он предложил чай и долго рассказывал про поверенную им перестройку, когда он целых два года работал на государство. Это выдающийся человек, в тот приезд он окончательно смог меня убедить, почему работать на государство - плохо.
Теперь, вот идем с Лешей и Таней, которые тут чуть ли не в первый раз, теперь вот нет "человека в красной куртке", закрыта на домофонный звонок "нехорошая квартира", столь накрепко, что Леша смеется на мои потуги открыть затворенную дверь - (сколько тысяч ты первый звонишь?), дурацкие каракульные граффитти замазаны и вполне художественно изображены герои "Мастера" в подворотне. В комнатенке, где когда-то вкушал чай с перестройкой теперь кафе, а рядом музей, наполненный творческими личностями, да и просто личностями. Туда можно придти в грязных сапогах и тебе не скажет никто ничего. Музей интересен и бесплатен, там проводятся поэтически и творческие вечера. На одном из них я побывал неделю спустя - там читали стихи с политическим подтекстом, а человек, похожий на моего духа в красной куртке показывал какому-то поэту фотографии, снятые на его вечере (впрочем, я не тщился разглядывать). Мы встретились глазами, но он не узнал меня (а, может, это был не он?). Так и сидел потом в зеркале, пия чай из походной кружки - и все как и прежде казалось нереальным - вся эта Москва, кучкующиеся поэты, Богушевская из дальнего угла и даже крепко сбитый кавказец, который долго играл на пианино какую-то очень нетривиальную вещь собственного сочинения. Мир, что ни говори.

Самый страшный блокадный дневник

недавно читал "Блокадную книгу" Гранина-Адамовича и обнаружил самый жуткий дневник, когда-либо мною читанный на эту тему.

Краткое археографическое предисловие, так сказать:
Дневник был передан женой умирающего учителя из с. Клипуново Лежского (ныне Грязовецкий) района Вологодской области патронажной сестре "для чтения в дороге". Позднее хранился в семье этой патронажной сестры - Трифоновой Р.И., внучка которой, Т. Уланова, позволила воспроизвести текст дневника в машинописной копии, изготовленной А. Беляковой, редактором газеты "Смена". В 1970 году в "Смене" появился большой отрывок из этого дневника, но полностью он был опубликован во втором издании "Блокадной книги" А. Адамовича и Д. Гранина (1984). Дневник Юры Рябинкина состоял из двух тетрадок, первая около 96 листов, вторая 6 листов. Обе они несколько обгорели. Впоследствии вторая тетрадь была утеряна и к печати подготовлена лишь первая.

Синопсис:
Дневник описывает жизнь 16-летнего подростка, Ю.И. Рябинкина (1925-1942), начинается с 22.06.1941, что говорит о том, что это не обычные подневные записки, а специально изготовленная "версия дневника", начатая вероятно через некоторое время после начала войны, возможно - с началом ежедневных бомбежек Ленинграда. С самого начала автор настроен пессимистически, что обуславливается скорее всего не только подавленным состоянием вследствие бомбардировок и голода, но также и внутренними переживаниями мальчика, который не отличался здоровьем (плеврит и слабое зрение). Юра сильно переживает свою неспособность помочь фронту - Гранин и Адамович считают, что по состоянию здоровья, но вероятно и другое объяснение, связанное со статусом сына "врага народа" (отец Юры был репрессирован). Основная тема последних страниц дневника связана с поиском пищи и моральными страданиями мальчика по поводу того, что он вынужден частично есть порции своей сестры или матери. Кратко описываются его ссоры с матерью на почве недоедания (в блокадном Петербурге часто встречалась практика, когда за счет порций одного ребенка спасали другого), его раскаяние перед родными за "жадность" и в конечном итоге, волевое решение умереть "ради сестры" и полумолитва к богу. Так заканчивается дневник, последняя документированная дата - 06.01.1942. Последующие события могут быть восстановлены двояким образом. Судя по сообщению выжившей сестры, Ирины - вместе с матерью они отправились в эвакуацию; Юра же остался в квартире, сил идти у него не было, а мать не могла его тащить. Впрочем, прочтение дневника теоретически дает иной вариант развития событий. Во время эвакуации в Вологде мать Юры умерла, а сестра была направлена в детприемник. По сообщению Ирины, выезд в Вологду состоялся 08.01.1942, через два дня после обрыва записей в первой тетради. Возможно, к этому двухдневному периоду относятся записки во второй тетради Юры, которые охарактеризованы последующими владельцами как "бессвязные предложения и многократно повторяющиеся фразы - хочу есть, умираю" с отсутствием дат. Эти записи, однако, могли быть сделаны и в последующее время.

Лично я считаю, что Юра логически согласившись с неизбежной смертью, испытывал жесточайший внутренний протест, в результате чего сошел с ума. Дневник мог попасть в Вологду вместе с вещами матери, иначе объяснять цепочку, в ходе которой он оказался в глухом селе, придется весьма замысловатыми путями.

Пафос
О пафосе следует читать в "Блокадной книге", куда и отсылаю, скажу лишь, что Дневник Юры - живое свидетельство "без прикрас" о жизни и смерти. О желании жить и о жутких страстях, этим желанием вызванных. На его месте мог оказаться кто угодно, но не каждый, наверно, стал бы столь терзаться по поводу воровства 20-30 граммов у своих родных, не каждый бы признавал (безропотно) свою слабость и ничтожество в беспрерывных конфликтах с близким человеком, который в общем-то по большому счету становился чудовищем.

Да, и вот еще что - этот дневник, как ни один другой, дает сразу два варианта прочтения событий - т.с., в "самопожертвенном" духе и в стиле "умри ты сегодня, а я завтра".
Откланиваюсь.

Читать дальше

Для сравнения даю ссылку еще на один "смертный" дневник. Он написан совсем безыскусным языком, но мне кажется в обоих есть что-то общее.

Он все же гораздо более спокойный

Дмитрий Жвания - новое о новых левых.

Кто такой Дмитрий Жвания. Гуглим. Есть то, что он сам про себя говорит: "Я стал активистом в 20 лет. Сейчас мне 39, и я все еще активист, я все еще социалист и революционер".
Хорошо говорит, отлично.
На том же сайте, можно скачать его книжку, впечатления от которой суммированы ниже.
Collapse )

Кунта-йога. что-то вроде рецензии

Речь пойдет о книге Ильи Беляева о Владимире Шуктомове, который был известен как наиболее загадочный гуру нач. 1980-х гг. Его группа занималась поисками пути в Шамбалу. Кому интересно, туда:
http://qwercus.narod.ru/zz/kunta.htm